Легендарный Донцов
Прогнозы во время Большого террора
В 1934 году в Ленинграде был убит С. М. Киров. Так началась вторая фаза Большого террора. Она предусматривала радикальную чистку армии, органов госбезопасности и партаппарата.
Пиком был 1937 год. Ликвидации подлежала так называемая «ленинская гвардия». Её место должна была занять молодёжь, воспитанная в институтах красной профессуры и на рабфаках.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
В 1935 году глава ОУН Коновалец встретился с Донцовым в Льеже (Бельгия). ОУН, располагая прекрасной разведкой, имела исчерпывающую информацию. Для того чтобы хорошо запланировать дальнейшую деятельность организации, было необходимо делать правильные прогнозы. Это целиком легло на плечи Дмитрия Ивановича Донцова. Встреча произошла за городом, в доме одного из друзей Коновальца.
— Прошу, пан Дмитро!
Стол был накрыт. Коновалец улыбнулся:
— Что будете пить?
— Конечно, апельсиновый сок! — бодро ответил Донцов.
Коновалец расхохотался. Смеялся он долго и заразительно.
— Вы по-прежнему не пьёте?
— Нет.
— Так и не будете пить?
— Никогда!
— Это принципиально?
— Да. Я же теоретик. Разработал не только идеологию ОУН, но и то, каким должен быть украинский националист. Я должен показывать другим пример.
— Похвально!
Коновалец не сводил с Донцова восторженного взгляда. Дмитро Иванович улыбнулся.
— Кроме этого, я ненавижу спиртное, все эти разговоры под паром Бахуса.
Голос Донцова звучал твёрдо, а Коновалец хохотал.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
Донцов подготовил исчерпывающий аналитический доклад. По просьбе Коновальца Донцов докладывал тут же за столом.
— Итак, Сталин начал массовые репрессии, — тихо произнёс Коновалец.
— Простите, пан полковник, но репрессии начались ещё в 1929 году, — поправил Донцов. — Это в союзном масштабе. У нас на Украине репрессии начались чуть раньше — в 1927-м.
— Вы впрямь пророк, — сказал ему Коновалец.
— Ни в коем случае, — ответил Донцов. — Я делаю научно обоснованные прогнозы!
— Сейчас убирают свидетелей, — Коновалец покачал головой.
— Да, — согласился Донцов. — Но не только это.
— Что же ещё?
— Сталин уже расправился со старой интеллигенцией, с церковью! Он загнал крестьян в колхозы, а рабочих на фабрики, где они должны заниматься рабским трудом. Сейчас Сталин приступил к последнему и решающему этапу своего плана.
Коновалец от удивления поднял брови. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.
— Второй и заключительный этап чисток предусматривает радикальную чистку партаппарата, армии и органов госбезопасности, — Донцов вздохнул.
— Пожалуйста, поконкретнее, — Коновалец кашлянул. — Получается, убийство Кирова было не случайным?
— Конечно, нет. Сталин хочет избавиться от той части «ленинской гвардии», которая возомнила себя свершителями Октябрьского переворота, — Донцов сделал паузу. — Это в первую очередь Зиновьев и Каменев. Они когда-то замахивались на власть. Сегодня они притихли, но лишь на время. При первом же удобном случае Зиновьев и Каменев активизируются. Сталин это знает, и оба этих деятеля подлежат ликвидации.
— Согласен, — кивнул Коновалец. — Кто ещё?
— Конечно, Бухарин. Он популярен в большевистской партии, имеет репутацию мягкого человека, который «за народ». Мы, конечно, знаем, что Бухарин — не менее кровавый человек, чем Сталин, но у него есть авторитет. Это и погубит Бухарина. Сталин такого не прощает.
— Вы и впрямь ясновидец, — улыбнулся Коновалец.
— Вы со мной не согласны?
— Наоборот, вполне согласен. Кто ещё подлежит ликвидации?
— Радек, Томский, Пятаков, Сокольников, Пятницкий, Рыков, Шляпников. Чистка будет радикальной.
— А у нас? На Украине?
Коновалец замолчал. Донцов пристально смотрел на него.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
Коновалец не сводил с Донцова пристального взгляда. Полковник был уверен, что его неожиданный вопрос застанет Донцова врасплох. Полковник ошибся. Донцов даже не шелохнулся, на его лице ни один мускул не дрогнул:
— Украина не станет исключением. Как и в остальной части СССР, и здесь пойдут массовые чистки.
— Кто, по-вашему, подлежит ликвидации?
Коновалец перескочил на другую тему. Он думал, что застанет Донцова врасплох. Дмитро Иванович сидел спокойно. На его лице ни один мускул не дрогнул.
— Хотите конкретных фамилий? Назвать их я не могу! Ведь я всего лишь эксперт, а не колдун.
— И всё же, кого, по вашему мнению, Сталин ликвидирует в первую очередь?
— Ликвидации подлежит весь состав нынешнего украинского ЦК, — ответил Донцов. — Товарищ Косиор обречён. Это точно. Другие фамилии назвать не могу.
— Феноменально! — воскликнул Коновалец. — Ваши прогнозы, пан Дмитро, сбывались. Так что посмотрим, оправдается ли он насчёт Косиора.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
После обсуждения чисток в партии речь зашла о грядущих чистках в силовых структурах.
— Вы сказали, что пройдёт и чистка армии. Вот в это верится с трудом.
— Почему?
— Троцкий в эмиграции, а армия укомплектована преданными Сталину офицерами.
— Категорически не согласен.
— Почему?
— Троцкого нет, но есть Тухачевский, а он опаснее Троцкого.
— ???
— У Тухачевского наполеоновские амбиции. Это во-первых. Разведка ОУН предоставила мне весьма интересный документ.
— Какой?
— Во время дружеского застолья с приятелями-маршалами Тухачевский говорил: «Сегодня Сталин силен как никогда. Но завтра обязательно наступит, вот тогда и рассчитаемся».
— Интересно! — Коновалец задумался.
— Группа Тухачевского на время затаилась, — Донцов сделал паузу, — при первом же удобном случае они перейдут в наступление. — Донцов посмотрел на Коновальца. — Сталин это знает и обязательно ударит первым. — Донцов отпил глоток сока. — Вместо всех этих Тухачевских, Гамарников, Якиров и Примаковых придут новые люди, без наполеоновских амбиций и более лояльные Сталину. Вот вам и чистка в армии.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
После армии Коновалец и Донцов подробно обсудили и чистку в госбезопасности.
— А госбезопасность? Там тоже будет чистка? — спросил Коновалец.
— Обязательно!
— Зачем? Ведь Ягода — хороший исполнитель, и дело Кирова показало это.
— Да, но Ягода захотел слишком многого, — Донцов залпом выпил сок. — Он стремится вместо кировской команды выдвинуть своих людей. — Донцов на минуту замолчал. — Сталин дал ему понять, что подобные амбиции несовместимы. Ягода не понял, а в царстве Сталина за такую непонятливость можно потерять голову.
— Значит, Ягода тоже обречён?
— Да.
— Интересные события ждут нас впереди, — вздохнул Коновалец. — Опричнина Ивана Грозного — детский лепет по сравнению со сталинскими чистками! А как же будут складываться отношения с Германией? Ведь чистки проходят под лозунгом борьбы с фашизмом...
— Это очередной дилетантизм советского обывателя! Именно на этом Сталин и создал свой культ. Нацизм не имеет ничего общего с фашизмом.
— Давайте не будем цепляться к словам. Так, по-вашему, Ягода обречён? Кто может его заменить?
— Сегодня невозможно это сказать. Работать со Сталиным невозможно! Он параноик, и малейшего неосторожного слова или жеста достаточно для того, чтобы человека отправили в лагерь или расстреляли. Ягода это знает. Он профессионал, которого в своё время в ЧК привёл сам Дзержинский.
— И всё-таки, кто, по-вашему, может заменить Ягоду?
— Пан полковник, я же не сновидец! Мой анализ основан на научном подходе...
Коновалец успокаивающе похлопал его по плечу:
— Ладно, не обижайтесь! Я потому и обращаюсь к вам, что вы учёный-аналитик, а не шарлатан, которых сегодня так много развелось.
— Я и не обижаюсь. Просто есть вещи, которые невозможно спрогнозировать.
<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<
— Хорошо, оставим это! — Коновалец отпил пиво. — Как, по-вашему, будут складываться отношения с Германией? Ведь сталинские чистки происходят под лозунгом борьбы с фашизмом... простите, с нацизмом.
— Это просто слова! Им грош цена в базарный день.
— Значит, Сталин продолжит осторожно сближаться с Германией?
— Да! Сталину нужен Гитлер, а бесноватому фюреру — Сталин! Вот из чего надо исходить, когда говорим о перспективах советско-немецких отношений.
Коновалец нахмурил лоб. Было видно, что он о чём-то напряжённо думает. Донцов сидел спокойно и медленно, с наслаждением потягивал свой сок.
— Послушайте, пан Дмитро, у меня к вам большая просьба!
— Я вас слушаю.
— Ваш анализ нужен нам как воздух! Раз мир находится накануне больших событий, то продолжайте контакты с нашими ребятами во Львове! Пусть они будут более частыми, чем до сих пор!
— Хорошо.
— Как только начнут разворачиваться большие события, типа ареста Тухачевского, Ягоды или назначения нового шефа советской тайной полиции, то дайте знать, и я сообщу вам, где можно встретиться!
Коновалец замолчал. Донцов лишь кивнул в знак согласия.
Сталин делает шаг в сторону Гитлера
Вернувшись во Львов, Донцов развернул активную деятельность. Дмитро Иванович читал все польские и украинские газеты, а также немецкую, французскую и английскую прессу. Конечно, Дмитро Иванович внимательно изучал и советскую периодику. Тщательно изучалась и закрытая информация, которую добывала разведка ОУН. Донцов проделывал работу, которую сегодня ведут эксперты. По приказу Коновальца к Донцову направили двоих помощников. Это были молодые, красивые девочки, очень стройные и красивые. Они помогали Дмитрию Ивановичу обработать эту массу информации. Позже, уже в годы Второй мировой войны, Донцов напишет:
«Если бы не мои прелестные помощницы, то я бы не смог обработать такую массу информации!»
Дмитро Иванович был доволен. Его прогнозы, сделанные после убийства Кирова, полностью оправдались. Зиновьева и Каменева арестовали, посадили многих советских, так называемых, начальников. Арестовали весь Центральный комитет КП(б)У во главе с первым секретарём Косиором. В сталинских застенках погибли Любченко, Юрий Коцюбинский, Хвыля, Затонский и т. д.
«Предатели своей смертью не умирают! Это про Юрия Коцюбинского и про всю эту шайку украинских большевиков! — подумал Донцов. — За что боролись, на то и напоролись!»
Донцов внимательно изучил и закрытую информацию, добытую разведчиками ОУН. Его внимание привлекли две вещи: возня вокруг Тухачевского и события в Чехословакии.
<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<
Разведка ОУН зафиксировала один любопытный факт. В Париже появился советский разведчик Шпигельглас. Он встретился с руководителем контрразведки РОВС (Русский общевоинский союз) генералом Скоблиным. Про него знали, что генерал является двойным (если не тройным) агентом, ибо работает как на французов, так и на немцев и НКВД. Шпигельглас заявил Скоблину, что в Москве есть информация о готовящемся заговоре военных и товарищ Сталин хотел бы получить про это информацию.
— Тухачевский — старый германофил! Судя по всему, им управляют из Берлина! — сказал Скоблину Шпигельглас.
Донцов хотел немедленно связаться с Коновальцем, но решил повременить.
— Посмотрим, что случится дальше!
Дмитро Иванович попросил служанку принести бутылку холодного лимонада. Донцов не курил и не пил. В минуты волнения его успокаивал газированный напиток. Служанка принесла лимонад. Донцов наполнил стакан и залпом осушил.
<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<
Второе событие, которое привлекло внимание Донцова, — это события в Чехословакии. Гитлеровская агентура вела себя всё более нагло. Стало ясно: ситуация будет обостряться. Либо разразится война, либо Чехословакия мирно закончит своё существование.
«Куда чехам воевать! Это же нация Швейков!» — подумал Донцов.
Из Парижа пришло новое сообщение: Шпигельглас вновь приехал и встретился со Скоблиным. Тот передал ему документы, изобличающие Тухачевского.
«Сталин сделал отчётливый шаг в сторону Гитлера», — Донцов радовался как ребёнок.
Аналитику всегда приятно, когда его прогноз оправдывается. Донцов же попал в самое «яблочко».
Теперь уже можно было встретиться с Коновальцем.
Удивлённый полковник
Встреча Коновальца и Донцова произошла в Бельгии, в городе Льеже, в одном из кафе города. Донцов сразу заметил, что Коновалец нервничает.
— Прошу к столу! — Коновалец улыбнулся, но было видно, что полковник делает это через силу. — Что будете пить: лимонад или ваш любимый сок?
— Лимонад.
Коновалец попытался рассмеяться, но у него почему-то не получилось. Полковник налил Донцову лимонад, а себе — пиво.
— Почему вы нервничаете? — спросил Донцов.
— Потому же, что и вы.
— Вот как? — Коновалец поднял от удивления брови. — Почему вы решили, что я нервничаю?
— У вас прекрасная разведка, и вы, наверное, имеете информацию, что Сталин отдал приказ ликвидировать вас.
Коновалец молчал.
— В принципе, Сталин выбрал удобный момент, — продолжал Донцов. — В ОУН выросла и окрепла молодёжная группа. Она прошла суровую школу подпольной борьбы на Западной Украине и всё громче высказывает свой протест в адрес «стариков». Я имею в виду пана Мельника и его сторонников.
— Пан Донцов, вы меня уже пугаете, — Коновалец покачал головой. — Откуда вы всё это знаете?
— Я же специалист и проанализировал всю имеющуюся в моём распоряжении информацию. Война на пороге, и Сталину жизненно необходим раскол ОУН. Для этого Сталину требуется ваша ликвидация. Вы же вокруг себя объединяете всех, и пока вы живы, ОУН будет единой.
— Весьма лестный отзыв, — Коновалец улыбнулся.
На мгновение он стал похож на прежнего Коновальца: сильного, самоуверенного и весёлого мужчину, который знает, чего хочет и как добиться желаемого. В это время официант принёс бифштекс. Коновалец жестом пригласил Донцова:
— Попробуйте! Это отличный бифштекс!
— Спасибо!
Бифштекс действительно был отличным, но Донцов сейчас думал о другом.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
Донцов действовал по заранее намеченному плану. Он коротко рассказал о визите Шпигельгласа в Париж. Коновалец перебил его:
— Что, по-вашему, это значит?
«У полковника нервы на пределе, — подумал Донцов. — Это закономерно. Ведь он знает, что сам Сталин приказал его ликвидировать!»
— Визит Шпигельгласа в Париж означает, что сталинская политика сближения с Гитлером выходит на финишную прямую.
— Что-о-о?!
— Сталин знает, что Гитлер — это война! — Донцов сделал паузу. — Знает и то, что Гитлер — это война! Он хочет, чтобы немецкая агрессия была направлена не в сторону России, а в сторону Запада! Это даст Сталину возможность докончить свои чистки и направлять немецкую агрессию в сторону Запада.
— И что это даст Сталину?
— Необходимую передышку! Если Гитлер и Европа сцепятся в мёртвой схватке, то СССР останется в стороне. В подходящий момент Сталин перейдёт в атаку и навяжет как Берлину, так и Парижу или Лондону свою волю! Война на чужой территории и малой кровью! Вот сталинская доктрина!
Донцов замолчал. Коновалец не сводил с него испытующего взгляда. Донцов об этом впервые заговорил ещё тогда, когда Гитлер был не у власти. Сейчас Коновалец убеждался, что самые невероятные прогнозы Донцова сбываются.
— Я всё-таки не понимаю! При чём тут сталинская доктрина и визит в Париж Шпигельгласа? — почти прошептал Коновалец.
— Сталин стремится заключить пакт с Гитлером, — продолжал Донцов. — А это не делается мгновенно! Сначала нужно сотрудничество на уровне спецслужб, потом — на дипломатическом уровне! После завершения этих двух процедур и последует заключение пакта. Точную дату не знаю, — Донцов развёл руками. — Ведь я всего лишь эксперт, а не маг или волшебник!
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
Разговор подходил к своей кульминации. Донцов почти угадал, о чём спросит Коновалец. Дмитро Иванович ошибся только в деталях.
Коновалец не задал вопрос прямо. Он лишь отпил пиво и задумался:
— Насколько я понял, и Сталин, и Гитлер вынашивают грандиозные захватнические планы? — Коновалец задумался.
— Совершенно верно, пан полковник.
— Итак, большая игра по развалу Версальской системы и переделу мира началась?
— Да. Будущий советско-немецкий пакт — составная часть этой игры! Сталин и Гитлер пойдут на этот пакт, ибо у обоих нет другого выхода! Сам пакт временный. Будущее покажет, кто нарушит его первым: Сталин или Гитлер. — Донцов почувствовал, что у него пересохло в горле, и налил себе лимонад.
— Как же быть в такой ситуации Украине? — спросил Коновалец.
— Мы в уникальной ситуации, — Донцов кашлянул. — У Украины нет своего государства, но есть боевая организация с первоклассной разведкой и контрразведкой. Это нельзя не использовать. Я имею в виду ОУН.
— Хорошо, — Коновалец улыбнулся, — но без союзников в наше время далеко не поедешь. На кого мы должны ориентироваться? — Коновалец отпил пиво.
— На свои собственные силы.
— Извините, пан Дмитро, но это общие фразы.
— Для Украины категорически неприемлемы как русские большевики, так и немецкие нацисты! Ориентация на кого-то из них просто гибельна! — голос Донцова звучал решительно.
— Я не совсем принимаю термин «русские большевики», — Коновалец на минуту замолчал. — Сталинская Россия, как и гитлеровская Германия, — нацистское государство. — Глаза Коновальца заблестели.
— Конечно! — кивнул Донцов. — Наша цель — освобождение народов и борьба как против русского, так и против немецкого нацизма! Это конечная цель, которая требует тщательной подготовки. Она должна начаться уже сегодня.
— И что мы должны делать сегодня?
Вопрос был задан по-солдатски прямо, но Донцов продолжал сидеть спокойно. На его лице ни один мускул не дрогнул:
— Гитлеровские спецслужбы всё больше активизируются в Чехословакии, — Донцов вновь сделал паузу. — Это даёт нам шанс создать в Закарпатье Украинское государство и перенести национальное движение в Галичину, закрепиться там и начать поход на большую Украину!
Коновалец закашлялся. Потом достал платок и вытер потный лоб.
— Пан Дмитро, вы настоящий волшебник, который видит всё насквозь! — глава ОУН покачал головой. — Вы только что огласили наш секретный план!
— Может, я ошибся?
— Нет! Вы говорите чистую правду! Кто вас посвятил в мой тайный план?
— Никто! Просто проанализировал всю информацию, которую имею благодаря вам, и сделал выводы.
Донцов замолчал. Потрясённый Коновалец не мог вымолвить ни слова.
Ника Тевзадзе
Доктор исторических наук, член союза писателей Грузии
Продолжение следует
Comments
Post a Comment