Легендарный Донцов
Донцов и первая конференция порабощённых народов Европы и Азии
Национально-освободительная война в Украине широко развернулась. Москва противопоставила ей провокации. Это подлило масло в огонь, национально-освободительное движение приняло массовый характер.
ОУН всегда выступала за единый фронт всех порабощённых народов. Настало время воплотить это в практику, — пишет Петро Мирчук.
Донцов, как известно, никогда не был членом ОУН. Он по-прежнему работал в Праге в Институте по изучению Восточной Европы. Исходя из этого, он был информирован о всех процессах, которые шли тогда в Украине, в том числе о конференции порабощённых народов Европы и Азии.
Донцов знал, что конференция созывается не случайно: ОУН готовится к созданию единого Антиимперского фронта. Как Донцов относился к этому?
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
Когда человек на многие годы оторван от Родины, то ему трудно ориентироваться в ситуации. Донцов отлично разбирался в методах гестапо или НКВД, но не понимал тактику ОУН, особенно в вопросе создания Единого фронта против угнетателей. Таковыми руководство ОУН считало как СССР, так и гитлеровский Рейх, и единый фронт должен был быть создан как против Москвы, так и против Берлина.
Находясь далеко от Украины, Донцов не понимал, что создать такой фронт необходимо, ибо даже такая большая республика, как Украина, только своими силами ничего не добьётся. Только единый фронт всех порабощённых народов является гарантией успеха. А создание такого фронта требует соответствующих шагов. Лозунги ОУН должны стать привлекательными для грузин, азербайджанцев, армян, чеченцев, туркестанцев, татар, удмуртов и т. д. Для этого надо было разнообразить и во многом изменить лозунги ОУН.
— Было ясно, что только лозунгом «Украина для украинцев» ничего не добьёшься! Необходимы лозунги, за которыми пойдут и грузины, азербайджанцы, армяне или туркестанцы, — пишет Петро Мирчук.
Такими лозунгами стали: «Свобода народам — свобода человеку!», «За единый фронт всех порабощённых народов!» и т. д. Донцов это воспринял как отступление от национализма или возвращение к марксизму или драгомановщине. На этой почве и возникли дискуссии с руководством ОУН–УПА, в том числе и с Романом Шухевичем.
— Донцов в тогдашних условиях считал пустой тратой времени создание единого блока порабощённых народов. Он считал, что ОУН–УПА должна направить все силы против большевистских провокаций, — пишет Петро Мирчук.
С покушением на Геля или Даргеля провокации не прекратились. С приближением советских войск они усилились.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
Подготовка к созданию Единого Антиимперского фронта шла интенсивно. Параллельно усиливались как провокации гестапо, так и НКВД. Чем больше вырисовывались контуры Антиимперского фронта, тем яростнее становились эти провокации.
10 ноября 1943 года группа советских террористов подорвала машину шефа комиссариата Германа Кнута. Как выяснилось, акцией руководил сам Николай Кузнецов. Гитлеровцы ответили на это массовыми репрессиями. Провокации не прекращались.
— Расплачиваться за эти акции приходилось местному украинскому населению, — пишет Петро Мирчук.
В результате гитлеровских репрессий погибли многие украинские патриоты. Нацисты расстреляли почти всех узников-украинцев ровенской тюрьмы. На Волыни ввели дополнительные силы карателей. По украинским сёлам прошли настоящие экзекуции. Были арестованы и представители интеллигенции. Среди них следует выделить редактора газеты «Волынь» Уласа Самчука и митрополита Степана Скрипника (будущего патриарха Мстислава).
Донцов наблюдал за этими процессами из Праги. Он призывал украинских патриотов сосредоточиться именно против чекистских, а не гестаповских провокаций.
— Советские партизаны так организуют свои акции, что расплачиваться за них приходится украинскому населению! Именно с этим сейчас необходимо бороться, а не поддаваться фантазиям про создание т. н. Антиимперского фронта, — писал Донцов.
Такая позиция Дмитро Ивановича была далека от истины. ОУН–УПА продолжала работу для создания единого Антиимперского фронта, объединяя усилия украинцев, армян, туркестанцев и других порабощённых народов.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
Скоро ОУН активизировала работу среди находившихся в составе вермахта национальных частей грузин, азербайджанцев, армян, туркестанцев. Скоро кавказские и туркестанские части начали переходить на сторону УПА. Параллельно ОУН активизировала работу среди военнопленных. Скоро и они начали присоединяться к УПА.
— Антиимперский фронт уже был реальностью, — пишет Петро Мирчук.
Находящийся в Праге Донцов весьма скептически оценивал возможности антиимперского блока. Позиция Дмитро Ивановича была следующей:
— Сегодня нет возможности для создания дееспособной антиимперской коалиции!
Донцов делал акцент на участившихся на территории Украины чекистских терактах и провокациях.
— Провокации чекистов — реальность, а антиимперский блок — это мечты! Для поэтов мечтать простительно, но для революционера — нет! — писал Донцов.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
16 ноября 1943 года террористическая группа во главе с Кузнецовым предприняла попытку захвата генерала Макса Ильгена. В группу захвата входили: Кузнецов (руководитель), а также Каминский, Струтинский и Стефанский. Против Ильгена был организован настоящий заговор. Террористам помогали адъютант генерала Мещеряков и солдат вспомогательных войск Лукомский, а также экономка Ильгена Лисовская. Именно она впустила в дом генерала группу захвата.
Неожиданно Ильген оказал отчаянное сопротивление: во время схватки он был убит. Кузнецов вместе с Каминским вернулся в город. Здесь он застрелил самого верховного судью Украины Альфреда Функа.
— Террористы и на этот раз сумели уйти, — пишет профессор Сергийчук.
Донцов, узнав это, очень горевал. Он считал, что в создавшейся ситуации антиимперский фронт — миф, а чекистские провокации — реальность.
— Лучше было бы, если бы вместо провокаций занялись реальным делом, — писал Донцов.
Между ним и руководством ОУН–УПА образовалась настоящая пропасть.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
20–21 ноября 1943 года на Ровенщине состоялась первая конференция порабощённых народов Европы и Азии. В ней приняли участие представители Кавказа, Туркестана, Украины и народов Сибири. Нацисты узнали место и время проведения конференции. Эсэсовские каратели окружили село, где проходила конференция.
— Участникам съезда пришлось прервать заседание и совместными усилиями дать нацистам отпор, — пишет Белый.
Так в боях и зародилась коалиция всех порабощённых народов, но на Донцова это не действовало.
— Сегодня нет условий для создания антиимперской коалиции! — упрямо повторял он.
Пропасть между Донцовым и руководством ОУН–УПА расширялась.
С кратковременным визитом во Львов
Как известно, в 1943–1944 годах Донцов с кратковременным визитом посетил Львов. Впоследствии вокруг этой поездки ширились всякого рода домыслы. Сегодня, когда многие архивы открыты, можно сформулировать цели поездки Донцова. Они следующие:
1. Подготовка к изданию книги Донцова «Дух нашей давнины».
2. Подготовка эвакуации из Праги.
3. Встречи с представителями бандеровского подполья.
4. Встречи с представителями львовской интеллигенции.
К сожалению, до сих пор неизвестна точная дата пребывания Донцова во Львове, хотя установлено, что его визит был кратковременным.
<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<
В истории Западной Украины греко-католическая церковь играла особую роль. По свидетельству очевидцев, Донцов встретился с самим митрополитом Шептицким. К сожалению, этот факт не подтверждается. Шептицкий и Донцов стояли на диаметрально противоположных позициях. Он категорически отвергал интегральный национализм Донцова. Шептицкий был крупным религиозным деятелем, Донцов — крупным теоретиком и известным публицистом. Если б они действительно встретились, то это не осталось бы незамеченным.
— Встречи Донцова с Шептицким в действительности не было, — пишет Роман Иванычук.
<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<
Если встреча Донцова и Шептицкого под вопросом, то встреча с епископом Будько — доказанный факт. С ним Донцов встретился во Львове. Разговор продолжался в течение двух часов, но ни одному из беседовавших не удалось склонить на свою сторону собеседника.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>
Зато документально доказана встреча Донцова с руководством ОУН(р). В частности, во Львове он встретился с Романом Шухевичем.
Донцов придавал встрече с Шухевичем огромное значение. Непримиримая позиция Донцова к новой программе ОУН образовала пропасть между руководством ОУН(р) и Донцовым. От этого разрыва страдали обе стороны. Шухевичу и руководству ОУН(р) был нужен Донцов, так как он оставался авторитетным теоретиком национализма. Со своей стороны, Донцову тоже были нужны лидеры ОУН(р). Несмотря на это, диалог не получился. Виновником этого был Донцов, который обладал непримиримым характером, и аргументы Шухевича на него не подействовали.
— Донцов остался при своём мнении! Более того, пропасть между ним и руководством ОУН(р) выросла, — пишет Ирина Фарион.
<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<
Руководство ОУН(р) осталось недовольным беседой с Донцовым. Скоро они сами попросили встречи с ним. На этот раз с Донцовым встретился представитель провода Осип Дякив.
Беседа между одним из руководителей ОУН(р) была недолгой, но горячей. Дякив пытался убедить Донцова, что в создавшихся условиях новая тактика необходима.
— Борьба приняла массовый характер! — говорил Дякив. — Нас поддерживает население Центральной и Восточной Украины! Советская армия наступает! В таких условиях новая тактика необходима!
На Донцова эти аргументы не подействовали. Дмитро Иванович обладал не только острым пером, но и сильным, несгибаемым характером. Уговорить Донцова было невозможно.
<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<
Встреча с Владимиром Кубиёвичем для Донцова была очень важной. Кубиёвич возглавлял Украинский центральный комитет (УЦК). Донцов готовил к печати свою книгу под названием «Дух нашей давнины» и рассчитывал на него, ибо Кубиёвич мог помочь ему в издании книги во Львове.
Кроме книги, Дмитро надеялся на помощь Кубиёвича в вопросах эвакуации из Праги. Советская армия стремительно шла на запад, и Донцов не сомневался, что русские возьмут как Прагу, так и Берлин.
— Получается, война уже проиграна? — голос у Кубиёвича дрожал.
— Я этого не говорил! — ответил Донцов.
— То есть как? — Кубиёвич был удивлён.
— Если русские возьмут Прагу и Берлин...
— Это поставит точку в советско-немецкой войне, но открытым остаётся вопрос: каким будет послевоенный миропорядок? — Донцов улыбнулся.
— Вопрос о миропорядке без войны не решится, — ответил Кубиёвич.
— Значит, новая война неизбежна, — Донцов сделал паузу. — Это даёт Украине шанс!
<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<<
Кубиёвич искренне попытался помочь Донцову, однако в вопросах издания книги ничего не смог сделать. Виной тому — создавшаяся военная обстановка.
Что касается эвакуации из Праги, тут Кубиёвич смог ему помочь. Он лаконично изложил свой план.
Ника Тевзадзе
Доктор исторических наук, член союза писателей Грузии
Продолжение следует
Comments
Post a Comment